Фото-географические исследования
Полуостров КониОленёкОмулёвкаПолярный УралКавказский биосферный заповедникГОА
English главная страница Контакты карта сайта
  главная     экспедиции     очерки     предложения     проекты     новости     партнеры     помощь     контакты  
Авторский фотобанк
поиск
расширенный поиск

ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОБЪЕКТЫ

    Алтай
    Байкал
    Башкирия
    Восточные Саяны
    Индигирка
    Кавказ
    Камчатка
    Колыма
    Лабынкыр
    Лена
    Мома
    Момский хребет
    Нижняя Тунгуска
    Обь
    Оймяконское нагорье
    Оленёк
    Омулёвка
    Пинега
    Подкаменная Тунгуска
    Подмосковье
    Полуостров Кони
    Приполярный Урал
    Путораны
    Северная Осетия
    Селигер
    Сунтар-Хаята
    Урал Полярный
    Хребет Черского
    Эвенкия
    Юдома
    Якутия
    Крым
    Вьетнам
    Гоа
    Непал
    Патагония
    Северная Индия
    Турция

ТЕМЫ

ГОРОДА РОССИИ

Главная / Очерки / Путешествие в Западные Путораны-1

Путешествие в Западные Путораны-1

Моё первое знакомство с Путоранами состоялось в 1996 году. Тогда эта земля казалась дикой и неизведанной территорией. Практически «терра инкогнита». Теперь восприятие совсем другое. Путораны стали для меня какими-то домашними и уютными. Правда моё знакомство с этой территорией и на данный момент ограничивается только западной частью. О чём и буду вести речь.
Итак, к лету 1996 года удалось собрать команду из пяти человек, включая и меня, объединённых общей идеей побывать в Путоранах. Маршрут был выбран нехитрый, а именно по озёрной системе Западных Путоран. Способ передвижения также не отличался особой оригинальностью. Для плавания по озёрам и рекам мы намеревались взять катамаран. Вернее только две надувные гондолы, каркас к которым будет рубиться на месте.
Худо-бедно собрали снаряжение и продукты и к началу июля готовы были вылететь в Норильск. Расчёт строился на возможности бесплатной доставки в этот далёкий город с помощью транспортной авиации. Эту возможность обеспечивал наш друг Дима Глушенков, работающий в компании «Востоксибтранс». И вот, в ночь на 6 июля наша команда загрузилась в транспортный ИЛ-76. Для нас и нескольких человек, сопровождающих груз, осталось в грузовом отсеке небольшое пространство. Весь остальной объём до потолка был забит коробками с бытовой электротехникой. Четыре часа полёта скрасили портвейном. И вот мы в аэропорту Алыкель, который встретил неожиданной жарой. Что ощущалось нелепостью на фоне огромного и грязного сугроба снега на краю лётного поля.
Какой-то дальнейшей чёткой стратегии не было. Понятно, что нужно попасть на одно из озёр, а дальше уже строить маршрут исходя из начальной точки. А вот как туда попасть как раз и нужно решить. То есть варианта доставки два. Либо по воздуху на вертолёте, что ограничивалось нашими финансовыми возможностями. Либо по воде. Но таким образом можно добраться максимум до озера Собачьего, а скорее даже только до озера Глубокого. Короче говоря, в этот день перебрались к мосту через реку Норилку, что находится неподалёку от гидропорта Валёк. Там, в придорожных зарослях разбили лагерь и стали решать задачу. Для начала пошли по пути изучения обстановки с помощью налаживания связи с окружающим населением. С людьми, которые имели технику для передвижения по воде. Но результаты оказались неутешительными. Во-первых, заброска по воде ещё не возможна, потому что все озёра забиты льдом. Да и цену запрашивали не маленькую. Два дня ничего не принесли, кроме потерянного здоровья в плотном общении с местным населением. Но потом Макс и Аркадий принесли хорошую весть с порта Валёк. Там базируются все вертолёты. Им удалось договориться с попутным бортом на завтра. Вернее с заказчиком, который вёз строительные материалы на озеро Собачье. Место в вертолёте оставалось, и он согласился взять нас за 500$ на всех. И вот счастливый день 9 июля. Мы загрузились в МИ-8 и достаточно рано вылетели в сторону гор. Под нами простирались громадные озёра и, правда, ещё забитые льдом. Мы попросили сделать небольшой крюк и высадить нас не на озере Собачьем, а на озере Кета. Нижняя его часть также была заполнена льдом, но верхняя уже очистилась. Отсюда маршрут значительно упрощался. Приземлились на берегу озера, на устье Токингды. Быстро выбросили груз. Вертолёт поднялся и ушёл в сторону Собачьего. В сознание хлынуло абсолютно другое, непривычное состояние окружающего мира. Всё казалось пронзительно прозрачным и звонким, обдавало свежей и чистой прохладой.
На устье Токингды, в месте нашей высадки тогда стоял рыбацкий дом хорошей сохранности. Забегая вперёд, скажу, что теперь там построена турбаза, куда возит туристов некая московская турфирма. Место для старта оказалось достаточно удачным. Можно спокойно разобраться во всём, собрать катамаран. А заядлый рыбак Максим Погорелов первым делом бросился ставить сети. Через некоторое время, к нашему удивлению, они утонули. Оказалось, от рыбы, набившейся в них. С этого момента без рыбы мы не оставались никогда. Погода пока оставалась идеальной, солнце заходить за горизонт не собиралось. Вернее здесь-то оно пряталось за гору. Это когда мы жили у моста, оно только спускалось низко к горизонту, а затем вновь поднималось.
Но засиживаться на этом месте не стали. На следующий день всё было готово и наше плавание началось. Для начала хотели только пересечь залив, в который впадает Токингда. А там попить чайку и двигаться дальше, но не долго, так как время уже было позднее. Правда ночь всё равно не наступала. Переплыть залив удалось, но когда пристали к берегу, Макс неосторожно надавил коленом на гондолу, и она тут же испустила дух. Оказывается, в одном месте внутренний баллон гондолы просто-напросто сгнил из-за неправильного хранения. А вернее из-за того, что этот кусок был из неправильной ткани, т.е. обычной детской клеёнки. А скорее из-за того, что мы так «хорошо» подготовились. Эх, Лёха Петушков, гондолы-то твои. Спасла взятая на всякий случай бутылка резинового клея. А также пришлось использовать не по назначению, а в качестве заплаток пару гермомешков. Таким образом, мы вновь оказались на плаву. Но в дальнейшем, если четвёрка из экипажа была на вёслах, то и пятому члену находилась работа. Ему периодически приходилось брать в рот трубку и поддувать этот многострадальный баллон прямо на ходу, так и травивший воздух на всём протяжении нашего путешествия.
На следующий день наша команда вновь отправилась в путь и к вечеру благополучно достигла восточной оконечности озера. Отсюда необходимо делать волок, длиной около 10 километров, через небольшой перевал в озеро Кутарамакан. К утру, погода наконец-то испортилась. Пошёл мелкий моросящий дождь. А мы пошли таскать свои мешки. Комарики активизировались и мы их сотнями, с хрустом сгребали с себя, отчего ладони становились серыми от пыльцы на их крыльях. На второй день тупого перетаскивания груза вышли к кордону на озере Кутарамакан, напротив устья Иркинды. Эта река приносит в озеро столько твёрдых веществ, что они практически разделили его на две отдельные части, с узким проливом между ними, где даже прослеживается некоторое течение. Вот тогда-то впервые и довелось познакомиться с Олегом Беглецовым. И тогда и сейчас он является хозяином кордона на Кутарамакане. На самом деле кордоном Путоранского заповедника он был тогда, в 1996 году. А теперь он не относится к заповеднику, и Олег пытается стать единоличным хозяином озера, организовать здесь что-то вроде турбазы или фермерского хозяйства. Простите, что забегаю вперёд. Надо сказать, что Олег не очень любит проходящих через его владения туристов. Но тогда мы оказались очень кстати. Он как раз ждал такой оказии. Пять здоровых мужиков очень пригодились, чтобы вытащить брёвна из небольшого озерка, которых много вокруг кордона. А за это нам выпала возможность помыться в бане и переночевать на территории кордона.
На следующий день, вместе с Олегом на его моторной лодке с прицепом в виде лодки без мотора, переехали ниже по озеру километров на десять. Там стояла старая изба, и валялись брёвна от другого строения. Эти брёвна и помогли загрузить Олегу. Сами же установили здесь лагерь и стали собирать новый каркас для катамарана. А потом наше плавание продолжилось, и мы благополучно достигли юго-западной окраины озера Кутарамакан, где из него вытекает одноимённая река.
Сплавляться по реке стали с утра. Во второй половине дня всё вокруг заволокло туманом, а на реке начались перекаты и пороги, правда, для катамарана не представлявшие особой опасности. Но было решено остановиться, потому, как не разумно двигаться по незнакомой реке в плотном тумане. А другой день принёс удивительно хорошую солнечную погоду. Все сложности на реке всё же прошли вчера, как оказалось. И через некоторое время мы благополучно достигли устья Кутарамакана и вошли в озеро Хантайское.
Там состоялась встреча с Володей Протасовым. На левом мысу в месте впадения реки в озеро стоит его база, где он живёт постоянно, занимается рыбалкой и охотой. Ещё тогда запомнились его слова, когда расспрашивали о посёлке Хантайское озеро, расположенном в нижней части озера. Он сказал примерно так: - “у них там интересы сугубо анально-генитальные». В этом заключалось его отношение к людям. Тогда мы пообщались с ним всего лишь не больше часа, но этого хватило, чтобы почувствовать в нем, кроме того, и высокую образованность и начитанность.
В этот день на озере стоял идеальный штиль и мы беспрепятственно пересекли наискосок это очень широкое, даже в этом месте озеро и благополучно поставили лагерь в живописном месте на противоположном от Кутарамакана берегу. Другим днём было решено устроить днёвку. Витька Ситин остался на лагере, а остальные поднялись по крутому склону наверх плато, дабы обозреть окрестности. Ох, и красота же!
А вот следующий день оказался не столь спокойным. Вернее это озеро забеспокоилось. Двигались в шторм, периодически начинал хлестать дождь. Ветер всё время менял направление. Но потом вдруг решил нам помогать. Незабываемые ощущения. Ветер тащит так, что катамаран зарывается в воду. В пелене дождя смутно вырисовывается мыс за мысом. Холодная вода бежит по позвоночнику и стекает ниже копчика. А мне почему-то хорошо, состояние похожее на эйфорию. К вечеру нас выкинуло на берег в юго-восточной оконечности озера, а вернее правой «штанины». «Штанами» здесь называют два восточных залива озера. И правой я называю здесь относительно направления нашего движения. Но если проявить орографическую грамотность, т.е. смотреть вниз по течению, то эта «штанина» или залив окажется левой. Но факт, что сюда впадает река Наледная. И здесь стояла тогда вполне приличная изба. В ней мы и заночевали.
На утро погода исправилась и нам, вместо того, чтобы расслабиться в избе, поиграть в карты или затеять что-то другое пришлось тупо и нудно вновь таскать свой груз бесконечными, челночными переходами. Отсюда нужно сделать волок с Хантайского озера в озеро Дюпкун. А это около 25 километров. Основная часть волока проходит вдоль русла Наледной, а затем через низкий и заболоченный перевал к озеру Дюпкун. Не помню точно, но таскались мы здесь дней пять. Речка оказалась весьма симпатичной и очень скрашивала наше однообразное занятие. Особенно запомнился невысокий, но очень симпатичный водопад на Наледной в верхней её части. Потом, когда уже весь груз был на берегу Дюпкуна, наш добытчик Макс вспомнил, что оставил нож на том самом водопаде. Пока мы спали, он успел сбегать к водопаду. Ножа там не нашёл, зато покидал блесну и выловил гольца килограмм на шесть. Которого и не поленился притащить к нам. Вся спина его оказалась испачкана слизью от рыбины.
Здесь произошло очередное и последнее в этой экспедиции строительство каркаса для катамарана. Дальше наш путь лежал по узкому и длинному как кишка озеру Дюпкун на юго-запад. Несколько дней нам понадобилось, чтобы пройти его всё. Мы ставили лагеря на его берегу, ловили рыбу, фотографировали. Всё пытались импровизировать с парусом, для чего использовали полотно маленькой палатки. Но ветер всё больше старался быть встречным, и из этой затеи так толком ничего и не получалось. Где-то произошёл серьёзный таёжный пожар, и на 2-3 дня всё вокруг заволокло плотной дымкой. Не было видно даже противоположного берега. Солнце маячило на небе в виде красного диска. Но однажды мы проснулись ветреным утром, и оказалось, что всё вокруг идеально чисто, будто хорошо отмыто.
В конце концов, мы добрались до места, где озеро переходит в реку и называется Курейкой. Здесь тогда стояла изба слабо пригодная для проживания. Зато рядом оказалась баня, вполне пригодная для использования по назначению. Что мы, конечно, с удовольствием и исполнили, устроив днёвку. А потом и вторую, потому что весь день лил дождь, и отправляться в путь что-то совсем не хотелось.
Радовало, что теперь можно будет покататься по реке. А то всё по озёрам – греби, да греби. Но через пару дней сплава по Курейке нам повстречался человек, который развеял в прах наши надежды. Оказалось, что Курейское водохранилище начинается совсем уже не далеко. А это значит, что опять каждый метр пути будет даваться только с помощью весла. А ведь до Светлогорска ещё так далеко. И действительно скоро Курейка успокоилась, начались разливы Курейского водохранилища. Очень неприглядное зрелище созданное человеком. Особенно угнетает вид мёртвых деревьев, торчащих из воды. Да ещё если на всё это накладывается мрачная, пасмурная погода. А так, в основном и было. На это место у нас уже не было карты, и мы терялись в многочисленных островах и заливах.
 В наши планы, кроме всего прочего, входило посещение одного интересного минералогического проявления на реке Авам – правом притоке Курейки. По описаниям там, прямо в берегу, находится проявление датолита – боросиликата жёлто-зелёного цвета. Вопрос был только в том, насколько это проявление окажется интересным в качестве сбора коллекционного материала или даже сырья для огранки.
 В 60 километрах не доходя до Авама, нас крепко прижал встречный ветер. Так, что мы просто не могли сдвинуть катамаран с места, а если бросали вёсла, то нас уносило обратно. Пришлось базироваться почти два дня на берегу. Чтобы как-то скоротать время вырезали кости из деревяшки и стали играть. За это время успели так застояться, что когда ветер слегка успокоился, сорвались с места и отмахали эти 60 километров в один заход, без остановки на ночлег. Таким образом, оказались в устьевой части Авама. После водохранилища здесь всё радовало глаз. Голубовато-зелёная чистейшая вода, цветы, тайга вокруг. Да и вообще здесь явно какая-то аномалия. Растёт кедр, что совершенно не характерно для этих мест. Чуть выше по течению, от того места на берегу Авама где мы остановились, была обнаружена брошенная база гидрологов, куда и было решено перебраться. Во-первых, там стояла достаточно свежая изба. Что-то вроде немного недоделанной бани. Именно в таком качестве её и собирались использовать мы. И не смотря на большие щели в полу, это сделать удалось. Хотя не совсем полноценно. А во-вторых, здесь решили забазироваться, чтобы пойти с минимальным грузом вверх по реке к минералогическому проявлению. На базе изъявил желание остаться Аркадий, а мы вчетвером отправились на поиски нашей цели, находящейся километрах в десяти выше по реке. Найти её удалось довольно легко. Там провели дня два или три. Порылись в берегу. Убедились, что датолита можно нарыть много, но вот ни коллекционного, ни другого качества он не имеет. Разочарования это особого не принесло, потому что река была красива, и в ней хорошо ловился хариус. Но всё равно нужно было возвращаться назад на базу к Аркадию. А потом и распрощаться с гостеприимной рекой Авам.
В тот день разыгрался нешуточный шторм, а нам нужно было пересечь самый широкий на водохранилище Авамский разлив. Волны захлёстывали правую гондолу. Мы хмуро и сосредоточенно гребли. Задний левый сидел, воткнув весло в воду, и пытался удержать направление. Поставили парус, но не понятно помогает ли он при боковом ветре. Однако пересечь это бушующее водное пространство нам удалось. Потом ещё несколько дней передвигались между островов и по разливам Курейского водохранилища и однажды вдалеке увидели большие опоры линии электропередач. Это Светлогорская гидроэлектростанция, там же плотина Курейского водохранилища и посёлок городского типа Светлогорск, жители которого обслуживают всё это хозяйство. В одном из небольших заливчиков на краю посёлка мы и зачалили свой катамаран. Здесь решили обосноваться и провести разведку в посёлке. Надо сказать, что оставалось ещё некоторое ощущение незавершённости, и муссировалась мысль – не продолжить ли сплав на катамаране ниже плотины по Курейке, а может быть и по Енисею.
Очень развеселили немногочисленные Светлогорские магазины. Тогда были проблемы с выплатой зарплаты по всей стране. Здесь выдавали её не оригиналами купюр российских рублей, а их ксерокопиями. На ксерокопиях стояли печати определённого магазина. И только в этом магазине можно было потратить такие деньги. Такое явление повергло нас в шок. А что же делать нам, с нашими настоящими рублями и долларами? Но наш вопрос теперь развеселил продавцов. Они стали доставать из под прилавка то, что не полагалось простому смертному из Светлогорска. А ещё мы познакомились с одной замечательной супружеской четой. Глава семьи занимал достаточно высокую должность на электростанции. Вечером они пришли к нам на посиделки. А утром к нам подогнали бортовую машину, в которую загрузили наш катамаран, не разбирая его. Таким образом, мы оказались на реке Курейке ниже плотины. Откуда и продолжили сплав. Шёл холодный дождь, постепенно мы стали абсолютно мокрыми. Положение спас дом на берегу, где смогли погреться и обсушиться и затем продолжить путь. Потом нас догнал катер и на вопрос капитана – «может быть вас зацепить»? Мы ответили утвердительно неожиданно для него.
-         «А я думал вы спортсмены» - говорил он потом.
Но мы были не спортсмены и доехали на катере до самого устья Курейки. Здесь стоит знак, напоминающий, что именно здесь проходит полярный круг. А заночевали вместе с катером на противоположном берегу Енисея, на окраине деревни Курейка. Она знаменита тем, что здесь отбывал ссылку сам Иосиф Виссарионович. На рассвете мимо проходил пароход вниз по Енисею, но он не делал остановку в Курейке. Нас опять выручил тот самый катер. Прямо на ходу перегрузились с катера на пароход «Иполитов-Иванов», где постепенно осознали, что поход внезапно закончился. На пароходе решили экономить и попросили самые дешёвые места. Хорошенькая стюардесса сказала, что самые дешёвые каюты третьего класса. Тогда Лёша Петушков спросил:- «А четвёртого есть»? Она сказала что есть, но это прямо на палубе. На что мы с радостью согласились. Ведь палуба была нижней, т.е. всё-таки под крышей. Мы там даже умудрились поставить маленькую палатку. И через полтора суток плавания в таком комфорте мы оказались в Дудинке. Откуда перебрались в Норильск, таким образом, замкнув кольцо нашего маршрута.
Теперь стояла задача выбраться из Норильска примерно тем же способом, каким туда и попали, т.е. бесплатно. Этот расчёт был не безоснователен, потому что и здесь у нас был друг Юра Лавренов, работающий в той же транспортной компании. Но здесь всё оказалось сложнее, чем в Москве и нам пришлось дня три провести в аэропорту Алыкель. Но всё же друг пристроил нас к военному транспортному самолёту АН-12, который летел, правда, в Новосибирск. Ну и ладно, железная дорога там уже есть. Это удовольствие нам обошлось всего в пять бутылок водки. Когда поднимались по трапу, кто-то из экипажа спросил: - «Водка есть»?
- «Есть» - ответили мы.
- «Тогда заходи» - был ответ.
С ужасом обнаружили, что половина экипажа в нетрезвом состоянии. Пришлось и нам подравнять свою кондицию, иначе страшно лететь. Но всё прошло благополучно. В Новосибирск мы долетели. А там благополучно сели в поезд и в конце августа оказались в Москве.
© 2007-2012 PhotoGeographic Менеджер проекта - Оксана Глебова
Веб-дизайн - Ольга Гордиенко
Перевод - Настя Карпухина